Мировое время
--:--
 :--
--.--.--
язык: ENG / RUS
Хроника одних суток экспедиции

18-19 февраля 2004 г.

О происхождении Бо (шаманов)
Первого шамана, которые назывались «бо», звали Даян Дэрхи. Он жил в местности Напчин-Бумба-рай, в верховьях Желтой реки. Однажды он стал играть в карты с Далай-Ламой. Игра продолжалась три года, и бо проиграл так много, что был не в состоянии заплатить. Начался спор, который перешел на тему о том, кто из них сильнее. Решили испытать свои силы — кто из них в одну ночь отнимет у смерти больше жизней. Если бы слабейшим оказался Даян Дэрхи, он навсегда подчинился бы Далай-Ламе, если бы оказался более сильным, он бы этим отыграл весь свой карточный долг. К следующему утру Далай-Лама спас тысячу человек, а Даян Дэрхи – на 300 больше. И тогда далай Лама решил отправить Даян Дерхи в Монголию, которой нужны были такие сильные люди. Бо сел на коня и отправился в путь по дороге изготовив первый шаманский бубен, разделив надвое барабан, чтобы укрыться от солнцепека. В Монголию Даян Дэрхи приехал как раз в то время, когда Чингис-хан справлял свадьбу одной из своих дочерей с Хэнтэ-ханом.Возвращаясь с водопоя, Даян Дэрхи во дворе увидел невесту, и с первого взгляда полюбив ее, подхватил и, посадив к себе на седло, поскакал. Царевна не сопротивлялась. Это произошло на глазах у многих людей, и было немедленно доложено хану, который, не теряя времени, пустился за ним в погоню…

После посещения Булнайских горячих источников (t - до + 48), где мы с удовольствием приняли целебные ванны, далее наш маршрут лежал по линии «бо», т.е. великому пути шаманов, чьими духами пронизано восточное Прихубсугулье. Это мы в действительности прочувствовали на своей «шкуре». Еще перед выходом на восточный берег, как выяснилось позднее, в машине нас уже сопровождала старшая ученица дархадской шаманки – Баярма, которую мы согласились довезти до Жиглика.
Конечный пункт этого этапа экспедиции был в пещере Даян Дэрхи. А до нее мы прошли через самые легендарные места монгольского шаманизма, за 9 поколений до Чингиз Хана входившие во владения так называемого «лесного народа», предводительница которого – Алунго- смогла сплотить и сделать могучими ранее разрозненные родственные племена. Затем миновали места, где неподалеку от Булнай Рашана жила около 150 лет тому назад шаманка Нансалма, которую захотели извести со свету (себе на беду) жители северной оконечности озера – из местечка Хохор.
По подсказке черного шамана жители Хохора дважды отсылали к могучей белой шаманке гонцов с «дарами», заговоренными злыми «тенгеринами» . Шаманка всегда предвидела эти повторявшиеся козни и умело предотвращала их действие. Но однажды она устала от людского зла из Хохора. В следующий раз, когда жители снова подослали ей «маленькую» подлянку, приняв ее из рук очередного посланца, шаманка сама решила пойти навстречу злопыхателям. Достав кожевенные, ритуальные ножницы она сказала: « Вы очень хотите, чтобы я отправилась в царство духов. Я сама помогу вам в этом, но не думаю, что это будет во благо хохорскому роду». Сказав это, она перерезала себе гортань ножницами и залитая кровью ушла из мира сего. Пораженный посланец в страхе вскочил на коня и поскакал обратно. На полпути конь его вдруг странно повел себя, зашатался и на полном скаку упал. Всадник, выбравшись из-под коня, в ужасе увидел, что из шеи почившего коня торчат ножницы. С тех пор в деревне Хохор начался людской мор, умирали, в –основном, новорожденные, а взрослые болели неизлечимыми недугами. А скоро начался и массовый падеж скота. Через два года род хохорцев, сильно обеспокоенный своим вымиранием, понял откуда пришло лихо. Собрав добрые дары и подношения, целая процессия из стариков отправилась к месту захоронения той самой шаманки. Доставив свои дары и возложив их у места былых камланий шаманки, хохорцы слезно попросили прощения за свои злодеяния у духов местности и той шаманки. Видно, их мольбы были услышаны и с тех пор новорожденные перестали умирать… А в том месте, где когда-то камланила Нансалма был позднее построен еще один ламаистский монастырь, также разрушенный в конце 20-х годов прошлого века.
Другая шаманка - Тулга, жившая рядом с Сагаан Уром, оставила после себя удивительный природный памятник – Тысячерукое Шаманское Древо, после удачных родов той шаманки проросшее из зарытого в землю последа ее первого выжившего ребенка... И теперь стоит это уникальное живое творение, своими переплетенными ветвями, как кровеносными сосудами, нацеленное ввысь…
Далее путь наш следовал напрямую к пещере Даян Дерхи, находящуюся почти в 40 км от Цаган Ура. И чтобы добраться до этой пещеры – вместилище грозного духа Даян Дэрхи – нам действительно пришлось преодолеть определенные препятствия, первое из которых возникло неожиданно.
В поселке Цаган Ур, мы как законопослушные иностранцы, почитающие не только духов местности, но и правила нахождения в приграничной полосе, заехали на заставу, чтобы зарегистрироваться. Однако, кто-то доложил начальству в Мурэне (центр аймака), что в составе экспедиции следует доктор географических наук, и что мы якобы проводим научные исследования местности, т.е. по-просту говоря - «копаемся» в монгольских недрах без участия и согласования с монгольскими наукой и властями. Кто-то из нас испытал гордость за бдительность монголов, ну а нам троим (мне, Ганбе и Бар-Ганбе) пришлось ехать за «тридевять земель» на ночную «очную» встречу с начальником пограничного округа в Мурэне, чтобы добиться разрешения на проход к пещере.
Впрочем, по прибытию в Мурэн упрашивать никого не пришлось. Сам начальник погранокруга, несмотря на то, что мы буквально подняли его из кровати, доброжелательно выслушав нас, убедительно сказал, что мы можем следовать далее, поскольку все происшедшее с момента встречи с ним стало недоразумением. Получив «добро», мы стали самой свободной экспедицией северной Монголии!
Далее по маршруту следует - истинное мужество нашего водителя Бар-Ганбы («бар»- по-монгольски значит «тигр»). Объясняю почему.
Предыдущие 12 часов наш Большой Ганба (как мы его прозвали) все время рулил по сложнейшим дорогам и пути ( когда дорог просто не было), постоянно манипулируя своим телом, реакцией, техническим подсознанием. А еще за день до того, как выяснилось, он спал всего 3 часа, поскольку нагоняя упущенное время, мчал на УАЗе по льду из одного конца Хубсугула в противоположный – в Ханх, чтобы не разминуться с нами.
И теперь нам снова предстояло в ночь спешить обратно, чтоб не сорвать график движения по маршруту. А расстояние в чуть более 200 км от Мурэна до Цаган Ура здесь и в дневное-то время преодолевается не менее чем за 6 часов. Вдобавок, сразу после выезда из Мурэна мы попали в низкую пургу, ну и - как назло - уже через 2 часа после выхода в обратный путь сломался обогрев. Не раз наш Бар-Ганба, чувствуя, что засыпает, резко тормозил, выскакивал в пургу и буквально пробуривал лицом снег, фыркая, садился снова за руль и т.д. Другой Ганба попытался сменить «большого», но слава богу, прежде чем последний заснул, он успел заметить, что сменивший его друг-монгол уже успел сбиться с дороги. Пришлось Бар-Ганбе кряхтя снова садиться за руль и править машиной, изрекая не ругательства, а как-то сердито сетуя на духов, которые нас упорно не пускали пробиться к товарищам, а значит и к пещере Даян Дэрхи. Одним только снегом Бар-Ганбе уже нельзя было помочь. Срочно открытая бутылка монгольской водки «архи» только своей маленькой порцией была пожертвована местным «тенгеринам»-духам гор, а остальное стаканами было выпито нами. После второй бутылки «архи» Бар-Ганба что-то яро и несвязно запел, вертя головой и грозно вглядываясь в темноту. А к тому времени на полпути перестала светить левая фара. Но наша «санитарка», превратившаяся внутри в людскую морозильную камеру, продолжала упорно двигаться через снежную темень. В один момент, когда Бар-Ганба в течение минут, этак, с 10 что-то говорил , развернувшись к нам почти лицом к лицу, мне и «малому» Ганбе вдруг показалось, что это уже не сам Бар-Ганба управляет машиной, а вступив в какой-то, только ему ведомый полночный сговор с духами, он гонит их перед собой и чутьем следует за ними, ими ведомый или уже их ведущий. Причем, показалось это так явно, что мы с «малым» Ганбой переглянулись, ясно понимая, о чем подумали в тот момент. Бывает, наверное, такое. И поверьте, в этот раз - далеко не от воздействия спиртного, эффект которого не ощущался…
Наконец-то, 19-го февраля, 10: 30, въезжаем в Цаган Ур. Здесь быстро находим наших товарищей, которые были оставлены под опекой «прокурора» Ульзийн Батара. Как оказалось выбор «опекуна» был достойный.
Ульзий Батар ( У.Батар), друг Мишига - «эко-куратора» Дархадской котловины и знаменитого Капитан Бата, и вместе они трое, проживающие в разных сторонах Хубсугула, являются известнейшими людьми Прихубсугулья. Если услышишь упоминание о Прокуроре – знай, что это могут говорить об У.Батре, - именной статус которого остался за ним после 35 лет государственной службы в различных прокуратурах Монголии, большей частью в военной, но и гражданской, также, довелось. Именно для него рейнджер парка передал весточку с противоположного берега Хубсугула об изменении дат нашего прибытия в Цаган Ур. И он прибыл вовремя. Через минут десять после того, как мы въехали прошлым днем в Цаган Ур, У.Батар как-бы появившись ниоткуда и вдруг у наших авто, сказал по-русски, с акцентом « Я-Ульзий Баатар, жду».
У.Батар – просто кладезь краеведческой информации, знаток и толкователь местных легенд и верований. Еще ребенком он исследовал все потайные и загадочные места восточного берега Хубсугула, знает больше чем кто-либо. После встречи с ним я однозначно решил, что приду в эти места снова и на конях с У.Батаром пройду туда «не знаешь куда», а знают только «тенгерины» и несколько людей, включая нашего прокурора.
Когда мы – как зомби - появились у ночного пристанища наших товарищей, нашедших приют в одном из помещений школы, У.Баатар ухмыльнувшись сказал мне на ломанном русском: «моя знал, что вы только час-два позже придешь».
Ну а далее – понятно, что Бар-Ганба не имел шанса поспать. И мы в состоянии эйфории от достигнутой экспедиционной независимости как-то подзабыли и про него, и про себя. Через час, наскоро поев, снова тронулись в путь. И уже через 25 км с Бар-Ганбой за рулем головной машины мы двигались по ломкому льду вдоль притока р. Ур-Гол. Проламывая лед, упрямо шли дальше. Какое-то сакрально-зимнее сафари получалось. Но, все-таки, зимой добраться до этой пещеры куда легче и быстрее, нежели летом, когда можно идти туда только верхом.
У.Батар, когда уже надо было выйти из машины у подножия горы, где до 1929 года стоял ламаистский монастырь, подошел ко мне и сказал, что он сам может стать шаманом на время, если понадобится, и украдкой показал свой нательный «орионный» знак с летящими оленями (!), висящий на простой кожаной тесемке. Я понял, что если входишь в пределы пещеры Даян Дэрхи в целях праздного любопытства, то вести себя нужно весьма осторожно, не тревожа духов. Ну а в случае чего – У.Батар берет на себя наши возможные огрехи поведения...
Потом уже, через 3 дня, когда мы встретились с шаманкой по имени Оюун, нам стало ясно, что не один У.Баатар нес ответственность за то, что привел непосвященных нас Туда. Ему это сошло с рук. Зато наш «малый» Ганба – монгольский соорганизатор нашей экспедиции -после посещения с нами пещеры Даян Дэрхи потерял своей оберег – дух черного змея, как пояснила шаманка Оюун. Именно поэтому нам и довелось от начала до конца лицезреть и прочувствовать весь ритуал камлании шаманки с целью вернуть Ганбе утерянный им или «отнятый» у него в пещере Даян Дэрхи оберег. Настоящие шаманы никогда просто так не камланят- представления ради для… Придя в чувство после камлании или вернувшись в состояние своего физического существования, Оюун опоясала Ганбу кожаной, плетеной тесемкой, сорванной со своего ритуального одеяния, которую Ганба должен был носить не снимая 3 месяца кряду, и сказала :
- В году этом странного зверя будь осторожен у воды, на воде и с водой, - и затем, побрызгав водкой, добавила, - И помни, что вода бывает разная.
Через 3 дня после этого «предсказания» мы на той же таблетке-санитарке и той же командой (я и оба Ганбы), сдуру припозднившись и возвращаясь в темень по льду Хубсугула на ночную базу, где нас уже заждались наши сотоварищи, слегка сбились с ледового пути- метров может 30 –40 и тут же проломив лед чуть не ушли под него. Благо все окончилось благополучно. Если не считать что Бар-Ганбе снова не повезло: пока мы добирались с малым Ганбой до берега, чтобы привести подмогу, «большой» полупромокший Ганба торчал у застрявшей во льду и в воде машины, на пронизывающем ветру…
И вот, после трехсот метров пешего подъема мы стоим перед входом в пещеру Даян Дэрхи. Я на некоторое время замер перед входом и не спешил поднять голову. Что-то меня, возможно как самого «образованного», сдерживало, чтобы окинуть взглядом этот легендарный шаманистский приют великого «Бо» - Главного Шамана Монголии Даян Дерхи, когда-то превосшедшего Далай Ламу в искусстве отнимать людей у смерти. Где-то здесь, а может и у Алтайского Цаганнура, его почти настигла сабля воителя Чингиз Хана, бросившего лучших монгольских и калмыцких всадников вдогонку за умыкателем своей дочери. Так или иначе, именно там, за анфиладами пещеры находится святилище Даян Дэрхи. В нем - по поверьям -до сих пор обитают его дети, а вошедший туда, неподготовленный человек может потерять и рассудок. Но я не один, а на миру -….
Уже через пару минут вместе с У.Баатаром я стою на коленях перед фигурой деревянного всадника с колчаном стрел за спиной и собранными в «ваджре» (пучок молний) волосами.
Секунды ли прошли, минуты ли, но были они длиной в вечность (конечно, это чувство могло быть следствием усталости или перенапряженности). Я посмотрел на У.Батара – тот слегка кивнул мне. Тогда я достаю заранее и старательно приготовленное мной жертвоприношение, аккуратно завернутое в темно-голубой кошелке и перевязанной тесьмой, и кладу на жертвенный столик у ног деревянного воплощения Даян Дэрхи. У.Батар одобрительно хмыкает, встает и просто пальцем показывает наверх – мол лезь туда, ты ж этого хотел, теперь, уж, можно.
Странно, но я сразу очень энергично полез по приставленной лестнице вверх - в проход первого яруса. Кто-то, посапывая, ползет за мной. Ползти вверх первого яруса уже крайне неудобно, но скоро я уже там. Оглядываюсь, и прежде чем заметил что-то наподобие сталактитов, вижу У.Батара. Он уже рядом, хотя существенно крупнее меня. Сзади еще кто-то появляется, - я прошу у него фонарик… На стенке второго яруса вижу что-то непонятное, различаю затем, что рельефно напоминает знак «хаас» (свастика, родина ее – Монголия). У.Батар дышит мне в затылок, и показывает пальцем направо. Я иду, вернее, еле протискиваюсь в другой узкий проход, а У.Батора это снова почему-то получается быстрее. Мы двигаемся дальше. Через узкую щель далее я вижу озаренный светом фонарика странный, чем-то испещренный потолок, нависший над какой-то полубездной. И вдруг обнаруживаю, что рядом со мной никого нет. Из тех с кем я вошел сюда. Чего-то стало не по себе, и для храбрости я попытался подбодрить себя озорным криком. Но вместо этого слышу свой странный гортанный всхрип. А потом вдруг что-то мягкое, с каждой секундой теплее и затем жарче начинает меня окутывать... И это - в остылом-то, глубинном каменном чреве. « Да ну его - это праздное любопытство, подземное Агарти тебя не впустит», - только мелькнула у меня мысль, и вдруг понимаю, что уже стою снова у входа в пещеру. Однако, ловко я назад выбрался!
Рядом стоит по-доброму ухмыляющийся У.Баатар, поглаживая свой нательный знак. Вот и вся недолга…Дошли и посетили, да и только.
А наш Бар-Ганба вместо того, чтобы бы поспать хоть пару часиков все это время был с нами и в пещеру тоже вошел. И впервые ему удалось оправиться на короткий покой только около полуночи, после того как нас всех заботливо разместил накануне Саган Сара в уютной юрте в Жаргаланте. Только сейчас, заканчивая дневник этих суток экспедиции, я посчитал, что в общей сложности Бар-Ганба совсем не спал 36 часов , 90 % которых находясь в пути за рулем.
Поневоле вспомнишь пожилого монгольского всадника по имени Церен, в самом начале прошлого века посланного князем Чултун Бейли с важным донесением в Пекин. Церен проделал путь между Улясутаем и Пекином длиной в 1800 миль за девять дней!
Крепкие мужики эти монголы, да и с духами умеют ладить…
И только уже перед сном вдруг вспомнились, а затем и показались во сне как причудливые сцены некоторые изречения Чулымского шамана Яхрома:

Даин Дерхе
Сильно могущий шаман
Вместе с шаманкой своей
Обитает в глубокой пещере;
Вход в нее рыбьего глаза меньше, Стерлядью вьется.
Нутро ее необъятно.
Укрывающий тело от смерти, Душу воздухом звонким питающий,
Дух возвышающий к Солнцу —
В эти ворота я прохожу
Под звон моего Малого бубна
Там, в краю Не-Для-Нас,
На отмелях самоцветных
Любит плескаться Луна в
Струях не наземной реки,
А той, что проходит сквозь
Сердце,
Звездной водою его, очищая,
Стайками духов блестящих,
Добрых рыбешек,
Жизнь, наполняя до края.

Говорят, что обернулся первый шаман в каменный столб, чтоб его не обезглавила сабля
Воителя Чингисхана.
Даин Дерхе, Шаман шаманов,
Смеется…
Думаю, выдумка это
Ветер носящих в колчанах
Халхасцев.

А впереди, кроме таинственных снов были не менее загадочные, но реальные космологические мегалиты в виде «летящих оленей» и с солярными знаками Ореона, встречи с настоящими шаманами, перевал 13-ти «обо» … и было множество полезного материала и удивительных впечатлений, которые несомненно внесут свой вклад в особое понимание того, что на скупом туроператорском языке называется – новый турпродукт Байкало-Монгольской Азии…

Алексей Никифоров
Директор Бюро Событий и Экспедиций
ООО «Абсолютная Сибирь»

Регионы Сибири и Байкало-Монгольской Азии :
Центральная Сибирь

Алтай

Хакассия

Тува

 

Дальний Восток

Kaмчатка

Хабаровский Kрай

Приморский край

 
Байкало-Монгольская Азия

Два Великих Озера Азии

Чайный Путь

Бурятия

 

Север Сибири

Якутия –Республика Саха

Магадан и Чукотка

Эвенкия

 

Национальные парки Сибири
еще...
 
Погода в г. Иркутске
ВТ (23.05, утро) 18 / 16 День
ВТ (23.05, день) 27 / 25 День
ВТ (23.05, вечер) 22 / 20 День
СР (23.05, ночь) 18 / 16 Ночь
Наши НОВОСТИ

Наши ПАРТНЕРЫ


 
   
 
   
   

 Сибирский Земельный Конгресс

 
 
 

 

Создание сайта - Prime Group LTD.